October 15th, 2017

НКД

100 лет назад-224: 2 (15) октября 1917 г.

2 (15) октября 1917 г. в Петроградском Совете выступила делегация Ташкентского Совета, пожаловавшаяся на поведение Временного правительства, решившего конфликт между Советами и собственными должностными лицами (смещенными Ташсоветом за злоупотребления) с помощью войск. На тот момент большинство в Ташсовете принадлежало еще эсерам, но даже такой Совет уже не мог мирно ужиться с правительством Керенского.
НКД

Субботний/воскресный ликбез-107: политические репрессии в СССР, ч. 11: 1939-41 гг., "старый" СССР

Предыдущие части:
1. Политические репрессии в СССР, ч.1: Гражданская война и ВЧК
2. Политические репрессии в СССР, ч.2: ГПУ и ОГПУ в 1920-е гг.
3. Политические репрессии в СССР, ч. 3: от коллективизации к Большому террору
4. Политические репрессии в СССР, ч. 4: начало Большого террора
5. Политические репрессии в СССР, ч. 5: февральско-мартовский пленум ЦК ВКП(б)
6. Политические репрессии в СССР, ч. 6: весна-лето 1937 г.
7. Политические репрессии в СССР, ч. 7: осень 1937-1938 гг.
8. 1937-38 гг. в армии
9. ЦК между XVII и XVIII съездами
10. Массовые и национальные операции

В этой части - о деятельности органов государственной безопасности СССР от назначения наркомом внутренних дел Лаврентия Берия (ноябрь 1938 г.) до начала Великой Отечественной войны.

Окончание Большого террора было отмечено тремя событиями - изданием прекратившего массовые операции и упразднившего "тройки" постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 г., сменой наркома внутренних дел с Ежова на Берия (25 ноября 1938 г.) с последующим обновлением руководства НКВД и, наконец, XVIII съезд ВКП(б), создавший новый дееспособный состав ЦК после фактического разгрома предыдущего.

В промежутке между ноябрем 1938 г. и съездом массовые операции практически были остановлены, однако внутри ЦК репрессии еще продолжались - из находившихся под следствием бывших членов ЦК не выжил никто (незадолго до съезда были приговорены и расстреляны Мирзоян, Чубарь, Косиор; в 1940 г. - Эйхе и близкий к Ежову Евдокимов). Такое совпадение судеб в условиях, когда репрессии шли на спад и многие из находившимся под следствием были освобождены наводит на мысль, что работники НКВД, ответственные за ведение их дел, были крайне не заинтересованы в выживании столь высокопоставленных свидетелей творившегося в наркомате в 1937-38 гг. - политический вес глав союзных республик Косиора и Мирзояна был, намного выше, чем у освобожденных военных или простых граждан СССР.

Целиком на совести нового руководства НКВД и судьба бывшего главы комсомола и члена ЦК Александра Косарева, репрессированного по доносу деятельницы ВЛКСМ Мишаковой, чью попытку обвинить в национализме комсомольскую организацию в Чувашской АССР, он ранее отразил (Косарев был арестован 28 ноября и расстрелян в феврале 1938 г.).

Показателем прекращения внутрипартийных репрессий может служить судьба членов избранного на XVIII съезде ЦК - из 71 человека впоследствии репрессированы были Ванников (был под арестом в течении полутора месяцев в 1941 г., освобожден и продолжил работу), Вознесенский и А.Кузнецов (расстреляны по "Ленинградскому делу" в 1950 г.), Кулик (переведен на второстепенные должности с понижением должности как проваливший работу - "обиженные" разговоры с другими военными стоили ему жизни в том же 1950 г.), Штерн (расстрелян в 1941 г. по делу бывших руководителей ВВС и ПВО), Шахурин (осужден на 7 лет в 1946 г. по "авиационному делу"), и уже после смерти Сталина - Берия, Багиров и Меркулов. Покончил с собой после того, как был вначале переведен на нижестоящую должность, а затем получил угрозу быть снятым и с нее М. Каганович (в 1941 г.), был под судом, но без лишения свободы (понижен в звании) Н. Кузнецов.

Таким образом, лихорадочная чехарда исключений и арестов на самом верху партии была остановлена.

Практически закончились репрессии и в армии - новый их виток случился лишь в 1941 г. После снятия с должности командующего ВВС генерал-лейтенанта Рычагова за высокую аварийность, а также беспрепятственного полета немецкого самолета-нарушителя до Москвы 15 мая 1941 г. (ранее же был, были арестованы командующий ПВО с января 1941 г. генерал-полковник, член ЦК Штерн, бывшие командующие ВВС генералы Локтионов, Смушкевич (оба - кандидаты в члены ЦК) и Рычагов, бывший начальник Разведуправления РККА, также военный летчик генерал-лейтенант Проскуров и другие - в октябре 1941 г. они были расстреляны без суда. Также после начала войны было расстреляно за провальные действия командование Западного фронта (командующий Павлов, начальник штаба Климовских, начальник связи Григорьев, командующий 4 армией Коробков), а заместитель наркома обороны генерал армии Мерецков арестован (освобожден в августе 1941 г., будущий маршал Советского Союза).

Но до этих событий оставалось более двух лет, пока же новое руководство армии смогло в куда более спокойной обстановке готовиться к войне. В предвоенные годы были также освобождены будущий маршал Советского Союза Рокоссовский (под следствием в 1937-40 гг.), генерал Горбатов (в октябре 1939 г. арестован и в 1939 г. приговорен к 15 годам, освобожден в марте 1941 г.); в 1940 г. возвращен на службу уволенный в 1938 г. в связи с исключением из партии комкор Петровский (погиб в 1941 г.).

Если же говорить не о партийном и военном руководстве, а о массовых осуждениях по политическим статьям, то число расстрельных приговоров снизилось более чем на два порядка (2552 в 1939 г. и 1649 в 1940 г., по сравнению с 353 тыс. и 329 тыс. в 1938 и 1939-м, общее же количество осуждения по политическим статьям (64 тыс. и 72 тыс. в 1939 и 1940 гг.) было больше, чем в любой из годов с 1921 по 1929, но меньше, чем в любой из предшествующих лет с 1930 по 1938-й (79 тыс. в 1934 г., в остальные годы - трехзначные цифры).

Берия отнюдь не был ангелом, но нормализацию работы НКВД действительно произвел. Более 200 тысяч содержавшихся в ГУЛаг было после его назначения освобождено, а руководство НКВД времен Ежова осуждено в том числе и за незаконные методы следствия.

Вместе с тем, если у оставшихся в живых (находившихся в лагерях или под следствием) появился шанс на реабилитацию, то дела расстрелянных не были пересмотрены посмертно даже там, где сами следователи были осуждены за выбивание показаний - семьи этих людей продолжали жить с клеймом члена семьи репрессированного.

В 1939-40 г. к СССР были присоединены новые территории - находившиеся под властью Польши Западная Украина и Западная Белоруссия, оккупированная Румынией в 1918-40 гг. Бессарабия (правобережная часть Молдавии и юг Одесской области) и принадлежавшая Румынии после Первой мировой войны Буковина (ныне Черновицкая область Украины), независимые буржуазные государства в Прибалтике (население также присоединенной к СССР части Финляндии, в отличие от остальных указанных территорий, практически полностью эвакуировалось в Финляндию).

Во всех этих государствах у власти находились крайне правые диктаторские режимы, были и не связанные с их правительствами массовые движения фашистского толка (враждебная польскому правительству ОУН на Украине; фашистские движения вапсов в Эстонии и "Перконкрустс" в Латвии). Оказались на территории СССР местная буржуазия и некоторое количество русских белоэмигрантов - в общем, обстановка для советских органов госбезопасности была крайне сложной, однако основным методом репрессий стали уже не расстрелы и заключение в лагеря, а депортации, и в целом эти территории от репрессий с "красной" стороны пострадали куда меньше, чем пережившие раскулачивание и ежовщину РСФСР или восток УССР и БССР.

Подробнее о предвоенных репрессиях на новых территориях СССР мы поговорим в следующей части.