Top.Mail.Ru
? ?
 
 
28 Сентябрь 2020 @ 07:15
На великом и могучем-27: Патрик Радден Киф, "Wind of Change и ЦРУ" (обзор подкаста)  
Не так давно тема связи культуры и большой политики была поднята американским автором Патриком Радденом Кифом в подкасте на платформе Spotify, переведенном нашим каналом.

Этот пост подводит итоги перевода подкаста, выполненного каналом «Компросвет».



В первой части подкаста Патрик Радден Кифф, штатный сотрудник журнала New Yorker, известный работами в жанре расследовательской журналистики, рассказывает о дошедшем до него через его друга Майкла Штендера-Ауэрбаха слухе о том, что известная песня Wind of Change группы Scorpions (для американца Киффа ранее неизвестна — он подчеркивал, что ни песня, ни группа в целом большой известностью в США, в отличие от Европы, не пользуются) была написана не ее официальным автором солистом группы Клаусом Майне, а ЦРУ в пропагандистских целях. При этом слух распространяли не какие-либо антиамериканские конспирологи, а знакомый Штендера-Ауэрбаха в самой спецслужбистской среде, фигурирующий далее как "Оливер". Заинтересовавшийся историей Кифф уже был знаком с фактами вмешательства ЦРУ в культуру (в частности, британка Фрэнсис Стоунер Сандерс писала о роли ЦРУ в публикации романа «Доктор Живаго» на Западе и получении Нобелевской премии Пастернаком) и попытался выяснить подробности у отставного спецслужбиста «Оливера», но тот от дальнейшего разговора отказался, ссылаясь на секретность.

Во второй части Кифф сначала описывает свое общение с украинцами средних лет, посетившими концерт Scorpions в Киеве (и действительно воспринимавших песню как антисоветский гимн), затем — попытки получить информацию по официальному запросу, на который ему ответили отпиской «Миссия Центрального разведывательного управления связана, в первую очередь, с внешней разведкой. Запрошенная вами информация, насколько нам известно, не имеет отношения к первичной миссии управления. Таким образом, мы вынуждены отклонить обработку вашего запроса». При этом его знакомые в среде бывших работников спецслужб признали историю (понимая под «написанием песни ЦРУ» найм профессионального автора) теоретически возможной. Также из этой части можно узнать о понятии «загломарить» — по названию корабля Glomar, участвовавшего в подъеме американцами части советской подводной лодки К-129). Это — ситуация, когда спецслужбы отказываются дать на какой-либо вопрос и положительный, и отрицательный ответ — потому что оба означают разглашение важной для них информации.

В третьей части Кифф рассказывал о достоверных случаях использования зарубежных гастролей артистов (в частности, Луиса Армстронга) американскими спецслужбами в пропагандистских целях. При этом, посетившую уже в 1977 году СССР группу Nitty Gritty Dirt Band сопровождал некий Брэнд Бассет, о котором по более поздним сообщениям известно, что он был агентом ЦРУ. Однако Бассет на письмо Киффа ответил, что в 1977 году был лишь работником радио «Голос Америки», а в ЦРУ пришел в 1981 году. В этой же части рассказано, как пересланная в соцлагерь частным образом кассета с записью западных групп могла переписываться много раз, преодолевая дополнительные расстояния — таким образом (что для нас в пост-СССР тайны не составляет) культурный занавес «железным» отнюдь не был.

В четвертой части Кифф проясняет историю с игрушками GI Joe — автор которых утверждал в описании, что «Scorpions были очень популярной группой в Европе времен Холодной войны. Но немногие знают, что во время гастролей по Европе и Азии, и особенно, по Советскому Союзу, они работали курьерами ЦРУ, перевозили контрабандой документы через границу, и всегда имели в своих рядах перебежчика. Scorpions оказали огромную помощь во внедрении демократии». Сам автор, однако, сообщил ему, что описание было им выдумано как правдоподобное и привлекающее публику. Затем Кифф отправился в Петербург выяснить информацию о Ленинградском рок-клубе и в итоге рассказал для американских слушателей про официальные ВИА, любительские группы и контролировавшийся КГБ рок-клуб. В этой же части рассказано о его разговоре с бывшей сотрудницей ЦРУ, которая была свидетельницей взаимодействия рок-музыкантов с ЦРУ — но о какой именно группе, сказать не смогла, предположив лишь, что группа была американской (а не немецкой, как Scorpions). Она также высказала предположение, что сохранение подобных практик возможно и сейчас.

В пятой части — о беседах с участниками фестиваля 1989 г., ставшего первым крупным рок-событием для Москвы. Он был организован продюсером Доком Макги (работавшим, в частности, со Scorpions) и Стасом Наминым официально как антиалкогольный и антинаркотический. Именно Док Макги работал со всеми группами-участниками фестиваля, поэтому в поисках ответа Кифф решает выйти на него.

В шестой части один из старых клиентов Макги, Ходжо из группы Night Flight, сообщил, что был свидетелем участия Макги в наркоторговле. То же подтвердил бывший наркоторговец Кейлиш, а бывший прокурор Дуг Маккола рассказал, как Макги избежал наказания благодаря сделке со следствием, когда его участие в наркоторговле вскрылось. По сделке на аналогичном процессе в другом штате Макги создал антинаркотический фонд Make a Difference Foundation. Однако сам Макги сказал, что проведение фестиваля было его личной инициативой, не связанной с фондом.

В седьмой части Кифф вышел на создателя частного музея ЦРУ Кита Мелтона (в ЦРУ не работал, но тесно общался со многими работниками) и узнал о покойном Уолтере Фортсаймере, бывшем высокопоставленном работнике ЦРУ, имевшем привычку распространять недостоверные слухи — именно он мог быть источником для упомянутого ранее Оливера. В Москве же, собеседница Киффа либеральная журналистка Ксения сочла слух продуктом российских спецслужб, не поверив одновременно и в историю «Доктора Живаго».

Наконец, в восьмой части Майне рассказал Киффу, что песню написал под впечатлением от фестиваля, еще до падения Берлинской стены (хотя альбом вышел, когда граница была открыта, а в ГДР уже пришло к власти ведшее государство к поглощению ФРГ правительство).

Таким образом - подтверждений первоначальному слуху найти не удалось, однако повышенное внимание ЦРУ к вопросам культуры и нежелание раскрывать методы подтвердились — как и тенденция распускать служи о собственном всемогуществе, аналогичная подобным же рассказам некоторых советских и российских отставных спецслужбистов.

В первом из бонусов рассказывается история Джоанны Стингрей, американки и дочери ярого антикоммуниста, побывавшей в СССР и ставшей близкой знакомой рок-музыкантов и встречавшейся с гитаристом «Кино» Юрием Каспаряном. Она опровергала слухи о связи «Кино» с западными спецслужбами и их участии в написании их песен, распространяющиеся в России.

И наконец, последняя часть сообщает о реальном и достоверном случае со спецслужбами — деятельности полугосударственного Национального фонда демократии (NED), USAID и других американских структур в сотрудничестве со спецслужбами по отношению к Кубе и особенно Венесуэле (со словам изучавшего вопрос рок-музыканта и социолога Тима Гилла). В последнем случае — группы вроде Antigravedad прямо занимают ультраправую позицию против бедной и не-белой части населения Венесуэлы. и даже в общем сочувственно говоривший о «демократических революциях» 1989-91 гг. Кифф позицию США по Венесуэле прямо осуждает.


Таким образом, хотя относительно этой песни доказательств участия ЦРУ Киффу найти не удалось. К тому же и вышла для этого она слишком поздно — к выходу альбома Crazy World (ноябрь 1990 г.) и сингла Wind of Change (январь 1991 г.) ГДР была поглощена ФРГ, другие социалистические правительства Восточной Европы пали, а горбачевский СССР уже не представлял проблем для США, согласившись с роспуском ОВД и отказавшись от самостоятельной внешней политики.

Однако сам факт работы ЦРУ на культурном фронте сомнений после подкаста почти не вызывает — успехи они могли выдумать, однако с деятелями культуры работали тогда и не отказались от этого сейчас.
 
 
 
(Анонимно) on Сентябрь, 28, 2020 07:54 (UTC)
Робот-долбун не останавливается.
Продолжаете долбить одну и ту же стотысяч раз повторенную смехотворную ложь про рокеров, отрабатываете кровавые кремлёвские деньги. После падения кремлёвского режима не надейтесь на пощаду.